В университете, где она преподавала уже больше двадцати лет, всё было знакомо до мелочей: запах старых книг в библиотеке, шум в коридорах между парами, даже узор трещин на стене её кабинета. Она считала свою жизнь устоявшейся, почти предсказуемой — пока в их отделение не пришёл новый преподаватель, молодой и явно талантливый.
Сначала это было просто любопытство — наблюдать за его методами, слушать его смех на кафедре. Потом его образ начал преследовать её: в мыслях во время проверки работ, в снах, в тишине её слишком пустой квартиры. Она ловила себя на том, что ищет его взгляд на собраниях, случайно оказывалась рядом в столовой, начала отмечать в календаре дни, когда их графики пересекались.
Разум твердил о нелепости, о пропасти в возрасте и положении. Но что-то глубже, тёмное и настойчивое, уже вышло из-под контроля. Она перечитывала его статьи, пытаясь найти в них скрытые смыслы, ключи к его личности. Однажды, проходя мимо пустующей аудитории, где он вёл семинар, она остановилась, прислушиваясь к звуку его голоса, и поняла, что стоит здесь уже несколько минут, затаив дыхание.
Это тихое помешательство привело её к черте, которую она никогда не думала переступить. Записка, оставленная в его почтовом ящике с неловким, вымученным предлогом для встречи. Случайный «нечаянный» звонок на его номер поздно вечером. Каждый шаг, казавшийся ей мелким и оправданным в момент действия, затягивал петлю туже.
Последствия не заставили себя ждать. Шёпот за спиной в преподавательской, настороженный, почти холодный взгляд в его глазах, когда они теперь сталкивались в коридоре. А потом — официальный запрос от деканата о «возможном нарушении профессиональных границ». Её безупречная репутация, выстраиваемая десятилетиями, дала трещину, и сквозь неё смотрела пустота, которую она сама и создала, поддавшись наваждению.
Отзывы